Повесть о разорении Рязани Батыем (Hkfyvm, k jg[kjyunn Jx[gun >gmdyb)

Перейти к навигации Перейти к поиску
Повесть о разорении Рязани Батыем
Повесть о разорении Рязани Батыем. Миниатюра Лицевого летописного свода XVI века
Повесть о разорении Рязани Батыем. Миниатюра Лицевого летописного свода XVI века
Авторы неизвестны
Дата написания XVI век
Язык оригинала церковнославянский
Страна
Рукописи списки с конца XVI века

По́весть о разоре́нии Ряза́ни Баты́ем — произведение древнерусской литературы. Посвящено взятию Рязани монголо-татарами в декабре 1237 года, входит в цикл рязанских повестей о Николе Заразском[1] и по единодушному мнению исследователей, принадлежит к лучшим после «Слова о полку Игореве» произведениям древней русской литературы[2]. Сохранилось в списках, самые старшие из которых датируются концом XVI века. В трёх древнейших списках отражены три разновидности текста (по классификации Д. С. Лихачёва).

Повесть содержит как данные, подтверждающиеся летописными источниками, так и уникальные, в том числе принимаемые историками в качестве достоверных и дополняющие общую картину монгольского нашествия (как рейд Евпатия Коловрата; подробнее см. § Исторический подтекст).

Содержание[править | править код]

В 6745 (1237) году «безбожный царь» Батый подошёл к Рязани и стал на реке Воронеж. Он требовал себе десятой части богатства. Местный князь Юрий Ингваревич послал за подмогой во Владимир к великому князю Юрию Всеволодовичу и одарил Батыя подарками. Однако, узнав от одного рязанского воеводы, что в городе есть красивая женщина Евпраксия, сноха князя, Батый потребовал её к себе. Её муж Фёдор (сын рязанского князя) пытался возражать, но был убит. Сама Евпраксия покончила жизнь самоубийством, спрыгнув с терема. После этого началась битва, в которой полегло почти всё рязанское войско во главе с князем. 21 декабря была взята и Рязань, жители которой подверглись поголовному уничтожению. В это время один рязанский воевода — Евпатий Коловрат — оказался в Чернигове. Возвратившись, он увидел разорённую Рязань и с небольшой дружиной в 1700 воинов отправился по следам татар, чтобы отомстить им. В Суздальской земле он напал на войско Батыя, однако силы были не равны.

Согласно «Повести», монголам удалось уничтожить отряд Евпатия только с помощью камнемётных орудий, предназначенных для разрушения укреплений: «И навели на него множество пороков, и стали бить по нему из бесчисленных пороков, и едва убили его». Поражённый отчаянной смелостью, мужеством и воинским искусством рязанского богатыря, Батый, сказав «если бы такой вот служил у меня, — держал бы его у самого сердца своего», отдал тело убитого Евпатия Коловрата оставшимся в живых русским воинам и, в знак уважения к их мужеству, повелел отпустить их, не причиняя им никакого вреда.

Завершающая часть «Повести» посвящена вокняжению на рязанском престоле Ингваря Ингваревича. Он с плачем хоронит погибших защитников княжества и начинает его восстановление. В конце повести содержится похвала рязанским князьям.

Время создания[править | править код]

А. С. Орлов считал, что Повесть создана не ранее второй половины XV века[3]. Б. М. Клосс оценивал время написания Повести как 1560 год[4]. Д. С. Лихачёв делал вывод: «по нашим предположениям, в основе „Повести о разорении Рязани Батыем“ лежит рассказ рязанской летописи, отразившийся в своей наиболее древней версии в первой половине XIV века в Синодальном списке Новгородской первой летописи под 1238 годом и дополненный впоследствии в Повести в разное время фольклорными данными, данными местных легенд и сведениями, почерпнутыми из эпиграфических памятников». Таким образом, по его мнению, Повесть не могла быть написана ранее первой половины XIV века. Лихачёв отмечает, что «Эпизод с пестуном князя Федора — Апоницей, возможно, местная легенда».

Исторический подтекст[править | править код]

Князья[править | править код]

Повесть, как правило, путает отчества муромо-рязанских князей, но в целом верно передаёт их имена. Прежде всего, рязанским князем действительно был Юрий Ингваревич, и у него был брат Олег. Однако согласно Воскресенской летописи, Ингварь был не братом Юрия, а отцом, и умер, согласно В. Н. Татищеву, в 1235 году. В этом случае он быть в Чернигове и затем возвращаться на пепелище Рязани в 1237 году не мог. Единственный уцелевший князь, Олег Ингваревич, был отпущен из монгольского плена только в 1252 году, причём о его пленении (на Воронеже) сообщает Повесть, а о возвращении — Лаврентьевская летопись.

Всеволод Пронский назван Ингваревичем, однако в действительности был, согласно БРЭ, Михайловичем. Глеб Ингваревич коломенский не имеет прототипа, в битве у Коломны погиб брат Юрия рязанского Роман, но в летописи он назван не коломенским князем, а главой войск, не севших в осаду в Рязани и отступивших к Коломне на соединение с владимирцами.

Давыд муромский также назван Ингваревичем, но Давыд Юрьевич умер в 1228 году, а в 1237 году муромским князем был его сын Юрий. Княжества Муромское и Рязанское разделились ещё в 1161 году со смертью Владимира Святославича и далее лишь иногда объединяли свои усилия под общим руководством владимирских князей. Новгородская первая летопись упоминает в борьбе с монголами в 1237 году и муромских князей. Леонтий Войтович[5] признаёт как саму битву на Воронеже, так и участие и гибель в ней Юрия Давыдовича и его двоюродного брата Олега Юрьевича муромских.

Повесть говорит о гибели Юрия Ингваревича на Воронеже, а Галицко-Волынская летопись — о его пленении при падении Рязани. Затем он был доставлен к Пронску, где укрывалась его княгиня, она также была пленена, причём в обоих случаях говорится, что монголы их «изведоша на лести», то есть захватили обманом. Затем оба были убиты.

Битва на Воронеже[править | править код]

Слова Повести о том, что рязанцы «многие сильные полки Батыевы проезжали насквозь», в точности воспроизводят монгольскую тактику и косвенно подтверждают то, что битва могла иметь место в действительности.

Битва на Воронеже упоминается только в Повести, однако некоторые параллели можно проследить в Новгородской первой летописи, которая сообщает, что русские князья монголов «не пускающе ко градомъ, выидоша противу имъ в Воронажь». Слово «против» может означать направление и не указывать на противостояние, а «не пускать к градам» могло быть нужно, чтобы максимально оттянуть время начала осад. Князья заявили «аще нас не будет всѣх, то все то ваше будет», а затем пропустили монгольских послов к Юрию Всеволодовичу владимирскому. Так монголам ответил, согласно Повести, Фёдор Юрьевич на переговорах, за что был убит, но сведений о военном столкновении на этом раннем этапе недостаточно. Часть историков считает, что его не было до обороны Рязани 16—22 декабря, а некоторые предполагают его на ближних подступах в городу, в частности Греков И. Б. — сражение в низовьях реки Прони между сёлами Засечье и Добрый Сот.

Просьбы о помощи[править | править код]

Согласно Повести, рязанские князья сразу при появлении монголов на границе обратились за помощью к Юрию Всеволодовичу. Новгородская летопись говорит в точности то же, что и Повесть, что он хотел с монголами «особую брань створити». Но Повесть об этом говорит ещё до событий на Воронеже, а летопись — после, в последнем случае рязанские послы должны были прийти во Владимир в одно время с монгольскими послами. Галицко-Волынская летопись[6] и вовсе говорит, что о нашествии сообщил владимирскому князю бежавший из Пронска уже после падения Рязани Всеволод Михайлович, но здесь речь могла идти уже о разорении земли.

Согласно В. Н. Татищеву, за помощью рязанцы обратились и в Чернигов, но Ольговичи ответили отказом за то, что «резанские с ними на Калк не пошли» в 1223 году. Обращение за помощью в Чернигов, хотя и не упоминается в Повести, сочетается с известиями Повести о нахождении в Чернигове Евпатия Коловрата и Ингваря Ингваревича. И в частности Греков И. Б. делает очевидное сопоставление, что Евпатий Коловрат был тем самым послом, который был отправлен в Чернигов за помощью.

Историки в большинстве своём не принимают известия о нежелании Юрия помогать Рязани, поскольку он послал мощное войско, соединившееся с отступившей на север частью рязанских войск и встретившее монголов у Коломны — рязанского города. Евпатий Коловрат по возвращении ожидал увидеть ещё целую Рязань, но его спешное возвращение из Чернигова не связывают с посылкой Михаилом черниговским какого-либо воинского контингента.

Экранизации[править | править код]

См. также[править | править код]

Примечания[править | править код]

  1. В этом цикле соединены произведения: «Повесть о принесении иконы Николы Заразского из Корсуня», «Род служителей иконы Николы», «Повесть о разорении Рязани Батыем», «Коломенское чудо», и часто присоединяемая к этому циклу «Повесть об убиении Батыя».
  2. Лихачев, 1986, с. 236.
  3. Орлов, 1945, с. 107.
  4. Клосс, 2001, с. 455.
  5. Л. Войтович КНЯЗІВСЬКІ ДИНАСТІЇ СХІДНОЇ ЄВРОПИ Архивная копия от 3 апреля 2009 на Wayback Machine
  6. Галицко-Волынская летопись. Дата обращения: 21 сентября 2021. Архивировано 16 марта 2009 года.

Издания и переводы[править | править код]

  • Повесть о разорении Рязани Батыем // Великое наследие. Классические произведения литературы Древней Руси / Д.С. Лихачев. — Л.: Художественная литература, 1987. — С. 244—263.
  • Повесть о разорении Рязани (подготовил к печати Д.С. Лихачев). Волоколамский список XVI в. Список Хронографа 1599 г. // Воинские повести Древней Руси / Адрианова-Перетц В.П. (ред.). — Москва—Ленинград: Издательство Академии Наук СССР, 1949. — 374 с. — (Литературные памятники).

Литература[править | править код]

Дополнительная литература[править | править код]

Ссылки[править | править код]