Эта статья входит в число добротных статей

Повесть о нашествии Батыя (Hkfyvm, k ugoyvmfnn >gmdx)

Перейти к навигации Перейти к поиску
Повесть о нашествии Батыя
Дата написания XIII век
Язык оригинала древнерусский извод церковнославянского языка
Страна
Описывает 1237-1239 года
Жанр летописная повесть
Содержание рассказ о завоевании Руси монголами
Первое издание Перейти к разделу «#Издания»
Оригинал утрачен

Повесть о нашествии Батыя — летописный рассказ о завоевании Руси монголами, помещённый в летописях под 67456747 годами (1237—1239 года). Является самостоятельным литературным произведением, возникшим в середине — второй половине XIII века. В летописях представляет собой связное, непрерывное повествование, носящее вставной характер и независимое происхождение.

Три основные версии памятника[править | править код]

Существует три разные версии Повести о нашествии Батыя: южная, центрально-русская и северная. Южная версия представлена в Ипатьевской летописи, центрально-русская в Лаврентьевской летописи и северная в Новгородской Первой летописи[1][2]. Версии Повести в Ипатьевской и Новгородской Первой летописях оцениваются как древнейшие[1][2].

Софийская Первая летопись, Новгородская Четвертая летопись, протографом которых является Новгородско-Софийский свод, а также зависящие от них летописи, содержат сводный рассказ, выборочно соединяющий эти три версии.

В результате длительной эволюции тексты произведений дошли до нас в виде неоднородной мозаики. В силу этого выявление первоначаль­ного ядра рассказов, а также точная датировка каждого из разбираемых текстов представляются крайне затруднительными[3].

Как отмечают современные историки — источниковеды[3][4] наиболее полный анализ текстов Повести был сделан в 80-х годах XX века А. Ю. Бородихиным[5]. В результате текстологического анализа он пришел к выводу, что тексты всех трех ранних повестей о нашествии Батыя особо выделяются среди окружающих их летописных известий, носят вставной характер и имеют относительно независимое происхождение. Также им был сделан вывод, что для всех трех ранних редакций Повести существовал общий источник или источники[3][4].

По мнению А. Ю. Бородихина, составители всех трех ранних вариантов Повести так или иначе использовали «Владимирский великокняжеский свод Ярослава Всеволодовича» 1239 года, причем, как полагает исследователь, соста­вители рассказов Ипатьевской и Новгородской Первой летописи воспользовались материалами этого свода еще до соединения последнего с ростовской летописной традицией[6][7][8][9].

Северная версия[править | править код]

Представлена в Новгородской Первой летописи. Согласно результатам исследований А. Ю. Бородихина[6] этот вариант Повести основывается на компиляции владимирского, рос­товского и неизвестного южнорусского источников[7][9][10] и составлен около 1255 года[11].

В более ранних исследованиях[12], сделанных В. Л. Комаровичем (40-е года XX века) было выдвинуто предположение (не подтвержденное А. Ю. Бородихиным), что северный вариант Повести был составлен в 30-40-х годах XIII века в рамках недошедшего до нас рязанского летописного свода.

Также существует мнение, которого придерживаются В. А. Кучкин[13] и Дж. Феннел[14], что Повесть из Новгородской Первой летописи имеет два источника: рязанский и новгородский.

Центрально-русская версия[править | править код]

Представлена в Лаврентьевской летописи, носит сводный характер и была составлена в Ростове для великого князя владимирского Ярослава Всеволодовича («Владимирский великокняжеский свод Ярослава Всеволодовича») на основании двух источников — ростовского («свода Константина и его сыно­вей») и владимирского («свода великого князя Юрия Всеволодови­ча») летописцев. Этого мнения придерживается большинство исследователей, в частности М. Д. Приселков, А. Н. Насонов, Д. С. Лихачёв[9][15].

В определении времени появления этой компиляции единодушия у исследователей нет. Называются 1239 год (Приселков М. Д.), 60-70-е года XIII века (Д. С. Лихачев), 1281 год (А. Н. Насонов). А. Ю. Бородихин датирует соединение владимирских и рос­товских записей в Лаврентьевской летописи 60-ми годами XIII века — началом XIV века[16][17].

Южная версия[править | править код]

Представлена в Ипатьевской летописи, а конкретнее в ее части, называемой Галицко-Волынской летописью.

Согласно исследованиям А. Ю. Бородихина, одним из источников южной версии Повести был «Владимирский великокняжеский свод Ярослава Всеволодовича» взятый до слияния вла­димирского и ростовского летописания, причем дата создания южной версии находится между 1245—1249 годами[18]. Эта дата согласуется с датой 1247 год, называемой А. Н. Ужанковым[19].

Первоначально Галицко-Волынская летопись представляла собой свободное историческое повествование без непрерывной хронологической сетки годов, и в таком виде она присутствует в Хлебниковском списке Ипатьевской летописи, датируемом 1560-ми годами. В Ипатьевском (Академическом) списке Ипатьевской летописи, датируемом около 1428 года, представлена хронологизованная редакция Галицко-Волынской летописи. Считается, что хронологическая сетка внесена в текст в XIV или XV веке и содержит большое количество ошибок.

В предисловии к первому изданию Галицко-Волынской летописи по Хлебниковскому списку редактор издания член-корреспондент НАН Украины, доктор исторических наук Котляр Н. Ф. пишет[20]:

Отсутствие хронологической сетки (ведь присутствующая в Ипатьевском списке появилась намного позже времени составления извода, где-то в XIV веке, и указанные на его полях годы в абсолютном большинстве своем ошибочны), обычного для традиционных летописей разделения текста на погодные статьи, уникальность большинства сведений — все это делает Галицко-Волынский извод произведением трудно доступным даже узкому кругу историков-профессионалов, не говоря уже о широких массах любителей древнерусской старины.

Более того, хронологическая сетка Галицко-Волынской летописи имеет постоянное смещение на 5 лет[21]:

В частности, повествование в Галицко-Волынской летописи составлялось не по годам: в Хлебниковском списке вообще нет годовой сетки (как ее, по-видимому, не было в протографе), а в Ипатьевском списке годы проставлены при составлении списка, притом с механической ошибкой — при присоединении к Киевской летописи, оканчивающейся 1200 году, составитель летописи первым годом Галицкого летописца поставил 1201, хотя на самом деле события, о которых повествуется под 1201 годом, произошли, как свидетельствуют другие источники, в 1205 году, так что хронологическую сетку следует сдвинуть лет на пять.

Однако, как отмечалось в работе[22], в исторической литературе давно утвердилось мнение, что наиболее достоверным источником, проливающим свет на события, связанные с монголо-татарским нашествием на южнорусские земли, является рассказ Ипатьевской (Галицко-Волынскои) летописи. Исключительно данными этого источника пользовался С. М. Соловьев. Описывая завоевание мон­голами Чернигова и их приход к Киеву, М. С. Грушевский сетовал на ску­дость известий «единственного нашего источника — Галицко-Волынскои летописи». При­мерно так же обстоит дело и в работах исследователей XX века[23][24][25][26][27].

Новгородско-Софийский свод[править | править код]

В Софийской Первой летописи и Новгородской Четвертой летописи, восходящих к общему протографу — Новгородско-Софийскому своду, также содержится Повесть о Нашествии Батыя.

Эта версия Повести содержат сводный рассказ, выборочно соединяющий три ранние летописные версии[28]. Кроме того, сравнительно-текстологический анализ показывает, что при составлении Новгородско-Софийский свода, кроме Галицко-Волынской летописи, также был использован и другой южнорусский источник[29][30].

Известия общерусских — московских и новгородских — летописей XV века о событиях монголо-татарского нашествия на Русь восходят к важнейшему в истории русского летописания Новгородско-Софийскому своду, в наиболее полном виде отразившемуся в Софийской Первой летописи, Новгородской Карамзинской летописи и Новгородской Четвертой летописи[31].

Исследователи неоднократно отмечали, что при составлении общего протографа летописей новгородско-софийской группы регулярно заимствовались южнорусские известия, касающиеся отношений с монголо-татарами, в частности, был использован текст о битве русских князей с татарами на реке Калке, заимствованный из Галицко-Волынской летописи.

Систематические заимствования сделаны в статьях от «6746 год» до «6748 год», содержащих сведения о разорении татарами окраин Черниговской земли, взятии Переяславля и самого Чернигова, переговорах Михаила Всеволодовича с послами Менгу-хана, бегстве Михаила, переходе Киева под власть Даниила Галицкого, взятии Киева монголами. Из южнорусского источника заимствованы: окончание статьи «6746 год» (рассказ об обороне Козельска), статья « 6747 год» (за исключением известия о женитьбе Александра Ярославича) и полностью статья « 6748 год»[32].

Содержание[править | править код]

Ранние описания ордынского нашествия в русских летопи­сях наполнены эсхатологическими аллюзиями. Осмысление лето­писцем происходящего как кары Господней, ниспосланной за грехи, определило отбор сюжетов и средств описания, а также отношение к самим завоевателям и самое главное возможно­сти сопротивления им. При этом различия в летописных версиях Повести о Батыевом нашествии зависели от того, на­ сколько данный летописный центр пострадал от захватчиков и какую модель отношений с иноплеменными принял тот или иной князь[33].

Летописные тексты, описывающие нашествие, легитимиру­ют вполне определенный тип поведения и взаимоотношений с завоевателями. В представлении авторов рассказов Новгородской первой и Лаврентьевской летописей спасение виделось в смиренном принятии «Божьей кары» и покаянии. Борьба с иноземцами воспринималась как заранее обреченное дело и не могла стать эталоном поведения христианина. Автор же Ипатьевской летописи выступал за активное противостояние «безбожным», поскольку полагал, что только сопротивление им является условием спасения на Страшном Суде. При этом, однако, он был уверен, что сам по себе отпор завоевателям обречен на поражение[34].

Северная версия[править | править код]

Центрально-русская версия[править | править код]

Южная версия[править | править код]

Примечания[править | править код]

  1. 1 2 Прохоров, 1987, с. 363.
  2. 1 2 Прохоров, 1976, с. 77.
  3. 1 2 3 Рудаков, 2009, с. 46.
  4. 1 2 Данилевский, 2001, с. 134.
  5. Бородихин, 1989.
  6. 1 2 Бородихин, 1989, с. 57.
  7. 1 2 Рудаков, 2000, с. 137.
  8. Рудаков, 2009, с. 47.
  9. 1 2 3 Данилевский, 2001, с. 135.
  10. Рудаков, 2009, с. 48.
  11. Бородихин, 1989, с. 72.
  12. Комарович В. Л.. Литература Рязанского княжества XIII—XIV вв. // История русской литературы. Т. 2. Ч. 1. М ; Л., 1945. С. 75
  13. Кучкин В.А Монголо-татарское иго в освещении древнерусских книжников (Xlll — первая четверть XIV в.) / / Русская культура в условиях иноземных нашествий и войн .. Х — нач. ХХ в. Сб. научных тр. Вып. 1. М., 1990.
  14. Феннел Дж Кризис средневековой Руси. 1200—1304. М., 1989. С. 117
  15. Рудаков, 2009, с. 50.
  16. Данилевский, 2001, с. 137.
  17. Рудаков, 2009, с. 53.
  18. Бородихин, 1989, с. 114.
  19. Ужанков А. Н. «Летописец Даниила Галицкого»: редакции, время создания // Герменевтика древнерусской литературы. Сб. 1. М., 1989. С. 274
  20. Котляр, 2005, с. 5.
  21. Лихачева, 1989.
  22. Майоров, 2009, с. 311.
  23. Греков Б. Д., Якубовский А. Ю. Золотая Орда и её падение. М. 1998. С. 160—164;
  24. Пашуто В. Т. Героическая борьба русского народа за независимость (ХШ век). М. 1956. С.156
  25. Черепнин Л. В. Монголо-татары на Руси (XIII в.)//Татаро-мон­голы в Азии и Европе/Отв. ред. С. Л. Тихвинский. М. 1970. С.190
  26. Толочко П. П. Кочевые народы степей и Киевская Русь. Киев. 1999. С. 172—176
  27. Мавродин В. В. Очерки истории Левобережной Украины (с древнейших вре­мен до второй половины XIV века). СПб. 2002. С.365
  28. Прохоров, 1987, с. 364.
  29. Насонов А. Н. История русского летописания XI -начала XVIII века. М., 1969. С. 180—184.
  30. Черепанов С. К. К вопросу о южном источнике Софийской I и Новгородской IV летописей // Труды Отдела древнерусской литературы Института русской литературы (Пушкинский дом) АН СССР Л., 1976. Т. 30. С. 279—283
  31. Майоров, 2012, с. 35.
  32. А. И. Генсьорский: Генсьорський О. I. Галицько-Волинський літопис (процесс складання, редакції і редактори). Київ, 1958. С. 18-19
  33. Данилевский, 2001, с. 179.
  34. Данилевский, 2001, с. 180.
  35. Данилевский, 2001, с. 152—154.
  36. Данилевский, 2001, с. 159—163.
  37. Данилевский, 2001, с. 139—142.

Издания[править | править код]

  • Суздальская летопись по Лаврентьевскому списку // Лаврентиевская летопись / Под ред. И. Ф. Карского. — 2. — Л.: Издательство АН СССР, 1927. — Т. I. — Стб. 460—467. — (ПСРЛ).;
  • Новгородская первая летопись старшего извода // Новгородская первая летопись старшего и младшего изводов. — М.Л.: Издательство АН СССР, 1950. — С. 74–77.

Литература[править | править код]

  • Бережков Н.Г. Хронология русского летописания. — М.: Издательство АН СССР, 1963. — 379 с.
  • Бородихин А. Ю. Хронографы и исторические сборники XV - XVII вв. и компилятивная редакция цикла повестей о нашествии Батыя // Русская книга в дореволюционной Сибири: Государственные и частные библиотеки. — Новосибирск: ГПНТБ СО АН СССР, 1987. — С. 98—126.
  • Бородихин А. Ю. Цикл повестей о нашествии Батыя в летописях и летописно-хронографических сводах XIV-XVII вв / Диссертация на соискание … канд. филолог. наук. — Новосибирск, 1989. — 250 с.
  • Галицко-Волынская летопись. Текст. Комментарий. Исследование / под. ред Н.Ф. Котляра. — СПб.: Алетейа, 2005. — 422 с.
  • Данилевский И. Н. Русские земли глазами современников и потомков (XII-XIV вв.). — М.: Аспект Пресс, 2001. — 389 с.
  • Комаров К. И. О нашествии Батыя на Северо-Восточную Русь в 1237-1238 гг. // Вопросы истории. — 2012. — № 10. — С. 87—89.
  • Лихачева О. П. Летопись Ипатьевская // Словарь книжников и книжности Древней Руси / Отв. ред. Д. С. Лихачев. — Л.: Наука, 1989. — Вып. 2 (вторая половина XIV – XVI в.). Ч. 2: Л–Я.
  • Майоров А. В. Летописные известия об обороне Чернигова от монголо-татар в 1239 г. (Из комментария к Галицко-Волынскои летописи) // Труды Отдела древнерусской литературы Института русской литературы. — 2009. — Т. 60. — С. 311—326.
  • Майоров А. В. Повесть о нашествии Батыя в Ипатьевской летописи. Часть первая // Rossica Antiqua. — СПб., 2012. — № 1. — С. 33—94.
  • Присёлков М. Д. История русского летописания XI—XV вв. — СПб.: Издательство «Дмитрий Буланин», 1996. — 325 с.
  • Прохоров Г.М. Повесть о нашествии Батыя // Словарь книжников и книжности Древней Руси / Отв. ред. Д. С. Лихачев. — Л.: Наука, 1987. — Вып. 1 (XI – первая половина XIV в.). — С. 363—365.
  • Прохоров Г. М. Повесть о Батыевом нашествии в Лаврентьевской летописи // Труды Отдела древнерусской литературы Института русской литературы. — 1976. — Т. 30. — С. 27—59.
  • Рудаков В. Н. Восприятие монголо-татар в летописных повестях о нашествии Батыя // Герменевтика древнерусской литературы. — 2000. — № 10. — С. 135—175.
  • Рудаков В. Н. Монголо-татары глазами древнерусских книжников середины XIII-XV вв. — М.: Квадрига, 2009. — 270 с.
  • Цыб С.В., Гартман А.В., Чичинов В.А. Очерки хронологий первых русско-монгольских сражений. — Барнаул: Издательство Алтайского Государственного Университета, 2021. — 242 с.