Нарэ (Ugjz)
Нарэ (яп. 慣れ «патина, следы времени») — эстетическая категория японской культуры, обозначающая особый тип глянца, образующийся на неочищенных предметах, которые в течение долгого времени подвержены прикосновению человеческих рук. В японской культуре связь с прошлым является определяющей, поэтому в своем эссе японский писатель Танидзаки так подчеркивает значимость понятия нарэ: «Европейцы стремятся уничтожить всякий след засаленности, подвергая предметы жесткой чистке. Мы же, наоборот, стремимся бережно сохранить ее, возвести ее в некий эстетический принцип»[1].
Теория
[править | править код]![](http://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/3/35/Keramiek_uit_S%C3%B4ma_S%C3%B4mayaki_%28titel_op_object%29_Een_serie_met_paarden_%28serietitel%29_Uma_zukushi_%28serietitel_op_object%29%2C_RP-P-2000-211.jpg/170px-Keramiek_uit_S%C3%B4ma_S%C3%B4mayaki_%28titel_op_object%29_Een_serie_met_paarden_%28serietitel%29_Uma_zukushi_%28serietitel_op_object%29%2C_RP-P-2000-211.jpg)
В Японии вообще принято предпочитать тень свету. Это, в первую очередь, связано с синтоизмом, предполагающим обожествление неодушевлённых предметов, природных элементов и явлений. Гора Фудзияма является одной из самых почитаемых божеств, потому и тень, отбрасываемая ею, оказывается самоценной и божественной. Танидзаки говорит о том, что японская культура выросла из понятия «тени»: «то, что мы называем красотой, развивается обыкновенно из жизненной практики: наши предки, вынужденные в силу необходимости жить в темных комнатах, в одно прекрасное время открыли особенности тени и в дальнейшем приучились пользоваться тенью уже в интересах красоты»[1]. А.Д. Аветисян описывает это так:
«Генетически заложенное в японцах чувство синтоистского одухотворения всего сущего и осмысления себя как интегральной частицы этого сущего, приводит к мысли, что следы человеческой плоти, замшелости, ржавчины, выветривания и дождевые подтеки – это не только созерцание благородной старины, эстетические принципы и художественные изыски, это, прежде всего – генезис воспринимаемого японцами пространства»[2].
Разницу с европейским мировоззрением можно легко проследить в работах Нацумэ Сосэки:
«В один прекрасный день, когда мы с владельцем этого замка вышли прогуляться в саду, я заметил, что все дорожки между рядами деревьев густо поросли мохом. Я сделал комплимент, заметив, что эти дорожки приобрели великолепный вид благородной старины. На что хозяин сада ответил, что собирается сказать садовнику, чтобы он соскоблил весь этот мох».
Описание и характеристики
[править | править код]![](http://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/c/c8/MET_DP139058.jpg/170px-MET_DP139058.jpg)
«Засаленность» выступает в характеристике нарэ со знаком плюс, она не имеет ничего общего с нечистоплотностью или грязью. Нарэ представляет собой «овеществленное время»:
«Японцы любят вещи не только за их полезность, но и за то, что, трогая вещь, ты пальпируешь историю»[3].
Нарэ – это засаленность, которая образуется в результате проникновения и впитывания жировых/сальных веществ рук в материю предмета. По сути нарэ – это «рукотворные» накопления.
Нарэ – это этакий «рукотворный след благородной старины».
Нарэ – живость оприродованного «вещного» пространства японцев.
Нарэ – генезис японского пространства.
Примечания
[править | править код]- ↑ 1 2 Танидзаки, Д. Рассказы. Любовь глупца. Похвала тени. Избранные произведения : в 2 т. М., 1986. Т. 1. 543 с.
- ↑ Аветисян А.Д. "Эстетика югэн, саби, ваби, нарэ и вкус умами". Декоративное искусство и предметно-пространственная среда. Вестник МГХПА. – 2014. – № 1. – С. 248-263.
- ↑ Мещеряков А.Н. Книга японских обыкновений. М.: Наталис, 2007