Лжедмитрий III (L'y;bnmjnw III)
Лжедмитрий III | |
---|---|
![]() Визуализация Лжедмитрия III художником Н. В. Невревым | |
23 марта (2 апреля) 1611 — 18 (28) мая 1612 | |
Коронация | Не коронован |
Предшественник | Лжедмитрий II (выдавал себя за то же лицо) |
Преемник | Лжедмитрий IV (выдавал себя за то же лицо) |
|
|
Рождение | XVI век |
Смерть | 1613 |
Род | претендовал на принадлежность к Рюриковичам |
Имя при рождении | Матвей[1] |
Отношение к религии | Православие |
![]() |
Лжедми́трий III (известен под полуименем Сидо́рка (полная форма Иси́дор), настоящее имя Матю́шка (полная форма Матве́й); ум. 1613[1]) — самозванец и авантюрист, выдававший себя за сына Ивана Грозного царевича Дмитрия Ивановича и, соответственно, за якобы спасшегося в окрестностях Калуги Лжедмитрия II. В российской историографии известен также как «псковский вор».
В отличие от своих предшественников — Лжедмитрия I и Лжедмитрия II, новому самозванцу не удалось получить обширное признание русского населения. Фактическое влияние Лжедмитрия III ограничивалось лишь Псковщиной и Новгородскими окрестностями. Однако 2 марта 1612 года правительство первого ополчения присягнуло Лжедмитрию III.
Происхождение и обстоятельства появления
[править | править код]В окружных грамотах руководители второго земского ополчения князь Дмитрий Пожарский и Кузьма Минин утверждали, что новым самозванцем был казак Сидорка, который затеял «новую прелесть» якобы вместе с бывшими тушинскими боярами князе Дмитрием Трубецким и Иваном Заруцким. Впоследствии это имя перекочевало в летописи. После поимки самозванца летом 1612 года, сначала псковичи, а затем московские власти и шведы установили, что в действительности под этим именем скрывался сын дьякона одной из московских церквей из-за Яузы по имени Матюшка. Он не захотел идти по стопам отца и, связавшись с казаками, бежал из Москвы в Новгородскую землю[2].
Смерть Лжедмитрия II оказала огромное влияние на дальнейшие события Смуты. Анархические элементы потеряли свою главную опору; лишившись идеи поддержки «законного царя», они превратились в обыкновенных разбойников. Сын Марины Мнишек, Иван, получивший в Москве прозвище Ворёнок, был слишком мал, чтобы стать вождём движения. В среде казаков и чёрных людей, не преследовавших цели восстановления правопорядка, продолжалось брожение.
И. О. Тюменцев пришёл к заключению, что у истоков самозванческой интриги на Северо-Западе страны, как и на Юго-Западе и Юге стояли местные казаки. На роль «царя Дмитрия» местные казаки, так же как в своё время терские казаки, взяли жившего в Москве человека — сына дьякона церкви из-за Яузы. Лжедмитрий III, также как Лжепётр, Лжедмитрий II и прочие самозванцы являлся типичным «казацким самозванцем» — игрушкой в руках различных социально-политических сил[3].
Деятельность на Северо-Западе России в 1611 году
[править | править код]Шведы, готовившие захват Новгорода Великого и внимательно следившие за событиями в городе, выяснили, что в начале будущий самозванец появился среди новгородцев под видом бродячего торговца ножами, вероятно, под именем казака Сидорки. 23 марта (2 апреля) 1611 года в Новгороде на рынке самозванец попытался объявить своё царское имя, но был опознан и с позором изгнан из города[4].
Оттуда новый «Дмитрий» с казаками бежал в Ивангород. Крепость находилась в руках бывших тушинцев, и самозванец рассчитывал на их любезный приём. Ивангородцы изнемогали в неравной борьбе: Несколько месяцев крепость осаждали шведы. Затем к городу подошёл Лисовский с отрядом. Самозванец рассказывал горожанам, что он не был убит в Калуге, а «чудесно спасся» от смерти. В честь долгожданного «спасителя» на радостях три дня звонили в колокола и палили из пушек[5]. Со всех сторон, главным образом из Пскова, стекались к самозванцу казаки. Под власть ивангородского «вора» перешли также Ям, Копорье и Гдов[1].
Добившись признания в Ивангороде, самозванец тотчас завязал тайные переговоры с псковичами. Весть о гибели Лжедмитрия II посеяла тревогу в псковских низах. Но сторонники калужского «царька» воспрянули духом, едва прослышали о появлении «государя» в Ивангороде[5]. Прибыв в Ивангород, казаки уверили Лжедмитрия III в том, что Псков примет его с распростёртыми объятиями[6].
Тогда же, весной 1611 года, самозванец вступал в переговоры со шведским комендантом Нарвы Филиппом Шедингом. Шведский король Карл IX послал к Лжедмитрию Петра Петрея, хорошо знавшего Лжедмитрия I по переговорам в Москве. Петрей доложил, что это самозванец, после чего король Карл IX приказал прекратить все контакты с ним[7].
Собрав войско из казаков и стрельцов, самозванец двинулся на Псков. По данным Псковской летописи, 8 июля 1611 года его отряд расположился в окрестностях Пскова, сам он начал переговоры с жителями об условиях признания его государем. Псковичи уже готовы были признать «вора»[7]. В стан Лжедмитрия стали перебегать некоторые псковские жители[8]. Узнавшие о самозванце Кузьма Минин и Дмитрий Пожарский в своих грамотах призывали народ не верить «ни Маринке с сыном, ни тому вору, что стоит под Псковом»[9].
К этому времени самозванец со своим воинством совершил уже много грабежей, разоряя окрестности Пскова. Узнав о приближении к Пскову крупного отряда шведов и новгородцев, которых возглавлял шведский генерал Эверт Горн, он прекратил переговоры с псковичами и 23 августа в панике отступил к Гдову, бросив свои пушки, которые псковичи ещё до прихода шведов увезли в город[7].
Положение Лжедмитрия III постепенно укреплялось, его признали многие северо-западные города, а Псков оказался для шведов неприступной крепостью, все попытки штурмов в сентябре-октябре 1611 года были отбиты. Это побудило Эверта Горна переманить Лжедмитрия на шведскую сторону, предложив ему стать наместником на Псковской земле[7], но отказаться от притязаний на русский трон в пользу шведского принца. Играя в «законного царя», Лжедмитрий III отверг это предложение и принял бой[8]. Под его предводительством казаки сделали удачную вылазку и прорвались через шведское окружение, пытаясь отступить к Ивангороду. Шведы организовали преследование и настигли «вора». В бою самозванец был ранен, но всё-таки смог с потерями прорваться в Ивангород и отогнать шведов[7].
Не видя для себя ниоткуда помощи, псковичи, земля которых опустошалась и шведами, и поляками, призвали Лжедмитрия III к себе[7]. 4 декабря 1611 года самозванец въехал в Псков, где был «оглашен» царём[8]. Воеводы князь Иван Хованский и Никита Вельяминов сподобились боярского чина и заняли почётное место подле самозванца[10]. Зимой 1612 года казаки «царька» начали совершать набеги из Пскова и Гдова на Дерпт и в шведскую Ливонию[7].
Попытка воцарения в Москве
[править | править код]Обосновавшись в псковском кремле, Лжедмитрий сразу же отправил в подмосковные таборы атамана Герасима Попова с воззванием к тушинским ветеранам. Казаки созвали круг и внимательно выслушали речи государева посланца атамана Попова. Некоторые из участников круга открыто выражали сомнения в чудесном спасении «Дмитрия». Наконец было решено отправить в Псков особую делегацию для опознания «царя». Лжедмитрий III удостоил посланцев ополчения торжественной встречи. Допущенные к руке, старые казаки убедились, что перед ними самозванец, нисколько не похожий на их прежнего «царька». Но вооруженная стража окружала трон толпой. Под нажимом псковичей послы направили ополчению грамоту с подтверждением истинности «Дмитрия». Грамота полномочных послов всей земли вызвала в ополчении бурю. Простой народ и казаки охотно верили тому, чему хотелось верить[10].
К тому же времени относится известие, что в Астрахани объявился ещё один претендент на имя царя Дмитрия, то есть Лжедмитрий IV, которого царём признало всё Нижнее Поволжье. Таким образом, в России одновременно действовало два «царя Дмитрия» — Лжедмитрий III на северо-западе и Лжедмитрий IV на юге. Однако в начале 1612 года Лжедмитрий IV бесследно исчез[11].
В январе 1612 год в Псков были отправлены послы К. Д. Бегичев и Н. В. Лопухин, но они вместо разоблачения Лжедмитрия III признали в нём «царя Дмитрия Ивановича»[1]. 2 марта 1612 года казачий круг, на котором присутствовало также много чёрных людей — москвичей, провозгласил государем псковского самозванца. Вожди ополчения Заруцкий, Трубецкой и другие, помня о судьбе Ляпунова, подчинились кругу. Они вместе с казаками принесли присягу на имя Лжедмитрия III и вернулись в свою ставку в сопровождении торжественной процессии под грохот артиллерийского салюта[12]. «Псковскому вору» «целовали крест» дворяне, дети боярские, московские жилецкие люди, стрельцы и боярин князь Дмитрий Тимофеевич Трубецкой[13]. В земских отрядах, стоявших поодаль от таборов, присяга не удалась. Воеводы Мирон Вельяминов, Исайя Погожий и Измайлов, занимавшие позиции подле Тверских ворот и Трубы, бежали из ополчения прочь, опасаясь за свою жизнь. Присяга Лжедмитрию III разрушила хрупкое единство первого ополчения[12]. Переворот получил поддержку в южных и северских городах, прежде примыкавших к Калужскому лагерю. Там находилось немало атаманов и казаков, сражавшихся в армии Болотникова. На востоке власть псковского самозванца поспешили признать небольшие города Арзамас и Алатырь. Зато Казань, Нижний Новгород, Владимир, Ярославль и Кострома встретили избрание Лжедмитрия III как незаконный акт, противоречащий воле земли. Борьба между сторонниками и противниками Лжедмитрия III грозила взорвать освободительное движение изнутри[14].
Присяга открыла Лжедмитрию III путь в Москву. Псковский «вор» готовился прибыть в столицу и предъявить права на Марину Мнишек в качестве её супруга и отца её ребёнка. В Псков было отправлено казачье посольство во главе с Иваном Плещеевым для безопасного проезда «царька» в Москву. При этом Плещеев, лично знавший Лжедмитрия II, вновь публично признал в новом самозванце царя Дмитрия Ивановича[1].
Гибель
[править | править код]Однако уже весной 1612 года началось падение Лжедмитрия III. Добравшись до власти, «псковский вор» начал распутную жизнь, совершал насилия над горожанами и обложил население тяжёлыми поборами[1]. В Пскове возник заговор против самозванца. Против него объединились и Дмитрий Пожарский, и шведы. Московские казаки, разочаровавшись в «царе», ушли из Пскова, сами псковичи также были готовы его свергнуть[7]. В мае шведы осадили город Порхов, принадлежащий Пскову. Заговорщики использовали момент, чтобы удалить из Пскова казачьи отряды, преданные «царьку». В конце мая 1612 заговорщики ночью попытались захватить Лжедмитрия III, но ему вместе со ставшим его «боярином» князем И. Ф. Хованским удалось бежать в Гдов. Плещеев-Глазун уговорил Хованского выдать самозванца и отвёз его в таборы ополчения под Москву, где по распоряжению князя Д. Т. Трубецкого он был заключён в тюрьму. Повод для конфликта между Первым и Вторым ополчениями был устранён, что создало условия для объединения их сил[1].
Вскоре после избрания на царство Михаила Фёдоровича Лжедмитрий III был посажен на цепь для всеобщего обозрения и затем казнён[1]
Примечания
[править | править код]- ↑ 1 2 3 4 5 6 7 8 Тюменцев И. О. ЛЖЕДМИТРИЙ III Архивная копия от 8 октября 2021 на Wayback Machine // Большая российская энциклопедия. Том 17. Москва, 2010. — С. 364—365
- ↑ Тюменцев, 2009, с. 119.
- ↑ Тюменцев, 2009, с. 120—121.
- ↑ Тюменцев, 2009, с. 120.
- ↑ 1 2 Скрынников, 2003, с. 457.
- ↑ Скрынников, 2003, с. 457—458.
- ↑ 1 2 3 4 5 6 7 8 Рабинович Я. Н. Гдов в смутное время. 1610—1621 гг. Архивная копия от 24 апреля 2021 на Wayback Machine // Военно-исторические исследования в Поволжье : сб. науч. тр. — Саратов, 2008. — Вып. 8. — С. 17-32.
- ↑ 1 2 3 Самозванцы в истории России . Дата обращения: 21 февраля 2012. Архивировано 24 декабря 2010 года.
- ↑ Козьма Захарыч Минин-Сухорук и князь Димитрий Михайлович Пожарский Архивная копия от 29 декабря 2009 на Wayback Machine // Костомаров Н. И. Русская история в жизнеописаниях ее главнейших деятелей
- ↑ 1 2 Скрынников, 2003, с. 460.
- ↑ Соловьёв С. М. Заметки о самозванцах в России // Русский архив, 1868. — Изд. 2-е. — М., 1869.
- ↑ 1 2 Скрынников, 2003, с. 461.
- ↑ Исидор, самозванец // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона : в 86 т. (82 т. и 4 доп.). — СПб., 1894. — Т. XIII. — С. 366.
- ↑ Скрынников, 2003, с. 461—462.
Литература
[править | править код]- Скрынников Р. Г. Лихолетье. — Москва: Московский рабочий, 1989. — 544 с. — ISBN 5-239-00185-5.
- Юхан Видекинд. История десятилетней шведско-московитской войны / Пер. С. А. Аннинского, А. М. Александрова. — М.: Памятники исторической мысли, 2000. — 654 с. — 1200 экз. — ISBN 5-88451-094-2.
- Скрынников Р. Г. Три Лжедмитрия. — М.: АСТ, 2003. — 476 с. — (Историческая библиотека). — ISBN 5-17-015689-8.
- Рабинович Я. Н. Гдов в смутное время. 1610—1621 гг. // Военно-исторические исследования в Поволжье : сборник научных трудов . — Саратов, 2008. — Вып. 8. — С. 17—32.
- Тюменцев И. О. Рождение самозванчества в России в начале XVII века // Самозванцы и самозванчество в Московии. Материалы международного научного семинара (25 мая 2009 г., Будапешт). — Будапешт: Russica Pannonicana, 2010. — С. 119—123.
- Флоря Б. Н. Лжедмитрий III // Православная энциклопедия. — М., 2015. — Т. XL : «Лангтон — Ливан». — С. 686. — 752 с. — 33 000 экз. — ISBN 978-5-89572-033-2.