Глушицкий, Николай Иванович (Ilronetnw, Untklgw Nfgukfnc)
Глушицкий Николай Иванович | |
---|---|
Псевдонимы | Гл., Н., Г--цкий, Н. И. и Н. И. Г. |
Дата рождения | 1836 |
Дата смерти | 1882 |
Место смерти | Санкт-Петербург |
Гражданство | Российская империя |
Род деятельности | публицист, журналист, беллетрист, юморист, фельетонист |
Годы творчества | 1868—1882 |
Жанр | рассказ, фельетон, очерк, повесть, роман |
Язык произведений | русский |
![]() |
Глушицкий Николай Иванович (1836 – 1882) – русский журналист, публицист, сенатский регистратор.
Биография
[править | править код]Происходил из обер-офицерских детей. Младший брат известного деятеля народного просвещения и педагога, статского советника и кавалера Андрея Ивановича Глушицкого (1821 – 1875)[1], юношеского товарища поэта Н. А. Некрасова по Ярославской гимназии и С.-Петербургскому университету, оказавшего на судьбу поэта огромное влияние.
Согласно разрозненных биографических сведений, в сентябре 1854 года был принят в число своекоштных студентов юридического факультета С.-Петербургского университета, однако, курса не окончил. В конце 1850-х – первой половине 1860-х годов Глушицкий служил канцелярским чиновником 1-го департамента Правительствующего Сената: сенатским указом от 5 декабря 1867 № 218, по I департаменту Сената, производится, за выслугу лет, из канцелярских служителей – в сенатские регистраторы, со старшинством с 19 августа 1859 года.
Будучи чиновником сенатской канцелярии, сочувствовал польскому освободительному движению и деятелям русской револционной эмиграции, начиная с 1862 и по 1874 год состоял под негласным надзором тайной полиции. Согласно мемуарным свидетельствам, Глушицкий, среди прочих, был внесен в список лиц, замеченных в антиправительственной агитации, составленный в конце мая – начале июня 1862 года в 3-й экспедиции III отделения С. Е. И. В. канцелярии, как причастный к делу ученика Императорской Академии художеств Михаила Карамышева, за революционную пропаганду среди солдат приговорённого к ссылке. В этом списке указывалось, что поручик И. И. Аверкиев[2] «замечен в возбуждении ненависти к правительству»; преподаватель русской словесности Ларинской гимназии Ф. И. Дозе[3] «раздавал воззвание к офицерам»; студент Д. П. Евреинов[4] «заподозрен в распространении воззваний», а на квартире А. П. Блюммер[5] и В. В. Александровской[6], также занимавшихся «распространением воззваний», происходит сбор столичных студентов и сочувствующих. Однако, среди лиц, упоминаемых в следственном деле М. Карамышева и др. о распространении революционных воззваний и пропаганде (8.06.1862–20.09.1867), в котором находятся материалы тайной полиции о причастности Глушицкого, ни одного из указанных лиц нет[7]. Возможно, что он был среди тех, кто собирался на квартире Блюммер с К°. Высочайше учрежденной Следственной комиссией об ученике Императорской Академии Художеств М. Карамышеве (25.05.1862–16.08.1862) было установлено, что Глушицкий и ещё несколько лиц стали жертвами оговора со стороны Карамышева[8]. Сам Глушицкий в своих обращениях за пособием в Литфонд утверждал, что состоял под полицейским надзором по делу писателей Н. Г. Чернышевского и М. Л. Михайлова.
Начиная с конца 1860-х годов стал эпизодически сотрудничать в таких столичных повременных изданиях, как «Сын отечества», «Отечественные записки», «Петербургская газета», «Петербургский листок», работая в жанре бытового фельетона. В 1872 за бродяжничество отправлен по этапу в Ярославль, в котором не был 30 лет. В 1874 освобождён от полицейского надзора. Вернувшись в С.-Петербург, сдал экзамен при С.-Петербургском университете на получение учительского диплома и некоторое время преподавал в ремесленном училище географию и русский язык. В конце 1870-х – начале 1880-х годов был деятельным сотрудником газеты «Петербургский листок» и литературного журнала «Луч».
Творчество
[править | править код]Глушицкий не принадлежит к числу публицистов, удостоенных статьи в биобиблиографических словарях, посвященных русской литературе. Не упоминается он и в числе русских писателей, умерших в 1882, творчество которых удостоилось посмертного обозрения[9].
С сотоварищами по перу: Казимиром Гамулецким, Д. П. Ломачевским, А. П. Крутиковым, И. А. Кущевским, Ф. М. Решетниковым, Н. И. Чернявским, А. А. Шкляревским и др. – Глушицкий причислялся современниками к членам столичного кружка так называемых «богемных» литераторов второго ряда, которые вели нищенский, беспечный и разгульный образ жизни, пропивая бо́льшую часть литературного заработка в столичных трактирах и кабаках («ямах»). Зарабатывая на жизнь литературным трудом в «малой прессе» и находясь в постоянной нужде, он был вынужден заниматься «литературной поденщиной», являясь примером «литературного пролетария». В какой-то мере он даже выделялся на общем фоне таких же литературных пролетариев нищетой, нередко голодал, бродяжничал, имел «общую одежду и обувь» с кем-то из товарищей, скитался по трущобам, месяцами жил в столичных больницах или приютах, не имея возможности найти пропитание и нанять себе угол даже в складчину. В одном из писем, посланных в комитет Литфонда, с приложением денег для оказания пособия Глушицкому, писатель М. Е. Салтыков сделал приписку: «Примите же невольное моё приношение. Глушицкий пришел ко мне в рубашке и подштанниках. Посещать его нет надобности, ибо он квартиры не имеет»[10].
Однако, свои наблюдения как очевидца, за жизнью и порядками, которые царили в столичных злачных местах, Глушицкий обличал в творчестве. Одной из таких заметок стал фельетон, посвященный некоему г-ну Самолетову, содержателю «знаменитых в то время «Марцинков»[11]: в этом заведении «с посетителей, не заплативших за питье и еду, «человеки» оставляют в залог браслеты, цепочки, кольца… Кто, хотя по наслышке, знаком с «танцовальными залами», где дамы отмечены «цветными» билетами, а мужчины непременно пурпуром Бахуса, тот нисколько не удивится газетному сообщению о снимании колец, браслетов и т. д. в подобного сорта «вертепах». Фельетон Глушицкого, напечатанный в начале 1872 в газете «Петербургский листок», стал причиной многолетнего следственного дела, по обвинению в клевете, против редактора-издателя А. А. Соколова и взятия с него подписки о невыезде из столицы[12]. Благодаря заметкам таких авторов, как Глушицкий и его компания, несмотря на их незавидную репутацию, современный российский читатель со страниц «малой прессы» познает объективную сторону жизни столицы России в XIX веке, особенно в свете пропагандируемых традиционных ценностей.
Глушицкий выделяется среди таких же разночинных литераторов тем, что на протяжении двух десятилетий в его судьбе деятельное участие принимал Литературный фонд, в лице земляка и председателя комитета фонда - Н. А. Некрасова, а также члена комитета М. Е. Салтыкова. Письма Глушицкого в комитет фонда или его членам с просьбами, о пособии из средств Общества для пособия нуждающимся литераторам и ученым, являются основным источником биографических о нём сведений.
В первом письме к Некрасову, датированном 4 ноября 1870, Глушицкий писал: «Крайняя бедность, неимение постоянных занятий, которые мало-мальски могли бы покрывать мои насущные нужды, а главное - почти непрерывная болезнь, заставившая меня всю зиму 1869 и 1870 гг., весну 1870 г. и настоящую осень находиться на пользовании во Временной загородной больнице и лишившая меня всякой возможности трудиться, принуждают меня снова обратиться с покорнейшею просьбою в Общество для пособия нуждающимся литераторам и ученым об оказании мне посильной помощи. В незначительные перерывы моей болезни я мог написать только два рассказа: "Первый шаг" (помещенный в №№ 14, 15 и 16 "Сына отечества" за 1870 год) и "В кругу родных" ("Петербургская газета" за июль месяц того же года); платою за первый из них и пособием из Литературного фонда, полученным мною в начале октября 1869 г., в размере 25 руб., я существовал в течение почти пяти месяцев; но возобновившаяся в августе месяце сего года болезнь, истощив последние мои средства, поставила меня в такое неприятное положение, что я не только не мог уделить что-либо на лечение, но даже на самый незавидный кусок хлеба; единственным пристанищем для меня была больница…» Получив письмо Глушицкого, Некрасов перенаправил его, вместе с аналогичной просьбой разбитого инсультом отставного полковника, известного этнографа, журналиста и драматурга Сергея Ивановича Турбина, к В. П. Гаевскому, приложив записку: «Пожалуйста, Виктор Павлович, представьте сии две просьбы в Комитет и выхлопочите что-нибудь.Турбин особенно заслуживает помощи. Преданный Вам Н. Некрасов»[13].
Как оказалось, прошения Глушицкого рассматривались в Литфонде неоднократно, что подтверждается следующей справкой, зачитанной на заседании комитета от 9.11.1870: «30 августа 1868 г. просителю выдано пособие 25 р.; 3 сентября того же года 25 р.; 27 апреля 1869 г. 25 р.; 12 октября 1869 г. 25 р.» Поручив казначею Н. Н. Тютчеву[14] собрать дополнительные сведения о Глушицком и убедившись в его бедственном положении, Литфонд 23.11.1870 постановил выдать ему новое пособие в 25 руб.
22 февраля 1871 года Глушицкий вновь обращается с письмом к Некрасову с просьбой об оказании помощи, в котором пишет: «я смею просить Вас, Милостивый Государь, не отказать мне в Вашем ходатайстве пред Литературным фондом о выдаче мне вновь пособия 25 р., что с выданными в ноябре месяце прошлого года составит 50 руб., объясняя при том, что эти деньги я прошу в последний раз: я надеюсь если не получить место, то заработать за свою повесть деньги в какой-либо редакции; кроме того, эти деньги дадут мне возможность нанять постоянный уголок и приобрести приличное платье, без которого я не могу допущен быть ни к каким занятиям. Отказ же со стороны может повести разве только к тому, что должен уйти в больницу; у меня нет ни гроша даже на хлеб, и больница для меня единственный исход…». Это письмо рассматривалось в Литфонде 15 марта 1871, его доложил M. E. Салтыков, бывший тогда одним из членов выборного комитета. Литфонд вынес определение: «Отклонив ходатайство просителя, так как по своим литературным трудам он не имеет права на частую помощь со стороны Общества, выдать ему 25 р., собранные по частной подписке между членами комитета»[13].
Своего обещания о просьбе денег «в последний раз» Глушицкий не сдержал. Как свидетельствуют протоколы Литфонда, он неоднократно обращался за вспомоществованием и в дальнейшем, в т. ч. посредством обращений к Н. А. Некрасову и М. Е. Салтыкову, и получал пособия из средств Литфонда до 1878, пока не умер Некрасов, а по другим сведениям – до своей смерти в 1882.
Образ жизни Глушицкого был той причиной, по которой он отдавал очерки, рассказы и сценки в столичные газеты не только за гроши, но и бесплатно, чтобы увеличить портфолио опубликованных литературных трудов и заслужить какую-то репутацию в профессии писателя. Об этом свидетельствует судебное дело, которое рассматривалось 6 марта 1870 в заседании С.-Петербургского мирового съезда, в котором разбиралась апелляция Глушицкого о взыскании 41 руб. 30 коп. гонорара за статью «Незатейливая сказка», напечатанной в «Петербургской газете». В ходе заседания Глушицкий заявил, что вместо положенных ему построчных 45 руб. 50 коп. за статью, он получил только 4 руб. 20 коп. и не деньгами, а в виде подписного талона на «Петербургскую газету». Поданный им в мировой суд иск о взыскании гонорара остался без удовлетворения, как недоказанный поскольку, по заверению поверенного редактора «Петербургской газеты» И. А. Арсеньева, «статья «Незатейливая сказка» была помещена с согласия Глушицкого бесплатно и что билет выдан Глушицкому не Арсеньевым, а Тихомировым, поэтому содержание билета необязательно для Арсеньева». В мировом съезде выяснилось, что «действительно Глушицкий сотрудничал в газете Арсеньева, его статей много было помещено в «Петербургской газете» и всегда они оплачивались Арсеньевым исправно, поэтому билет, представленный Глушицким, может относиться к гонорару за оплаченные статьи». Защита утверждала, что «Глушицкий упросил Арсеньева, и Арсеньев согласился поместить «Незатейливую сказку» бесплатно, ради только того, чтоб увеличить массу статей, написанных Глушицким и чтоб дать, таким образом, Глушицкому больше права, больше основания для получения вспомоществования из общества пособия литераторам. Бесплатное помещение статей не редкость, так как есть много людей, сотрудничающих в газете из чести. Сотрудники часто бывают должны редакторам». Развивая тему, что Глушицкий свои статьи писал в счет имевшихся долгов перед редакцией и неформальных договоренностей, поверенный Арсеньева обвинял его в пьянстве, что «Глушицкий являлся в неприличном костюме, почему Арсеньев его не удостоил приемом». Мировой съезд не признал доводы защиты Арсеньева, решение мирового суда отменил, апелляцию удовлетворил и постановил взыскать в пользу Глушицкого 41 руб. 30 коп. построчного гонорара за напечатанную статью, и 25 руб. судебных издержек с Арсеньева[15].
Судебное заседание мирового съезда, обыденное для того времени, указывает на принципиальную возможность существования неформальных договоренностей, к которым апеллировала защита, между редактором «Петербургской газеты» и такими литераторами, как Глушицкий. По-видимому, «джентельменское» соглашение между редактором и автором о бесплатной публикации статей с целью «увеличить массу статей, написанных Глушицким и чтоб дать, таким образом, Глушицкому больше права, больше основания для получения вспомоществования из общества пособия литераторам», имела под собой реальные основания. В своих письмах членам Литфонда Глушицкий подтверждает даже такую примечательную частность, озвученную в суде с Арсеньевым, как необходимость ему «приобрести приличное платье, без которого я не могу допущен быть ни к каким занятиям».
Возвратившись из ярославской ссылки и получив работу учителя реальной гимназии, Глушицкий более-менее приводит дела в порядок. Во второй половине 1870-х – начале 1880-х годов он становится популярным автором газеты «Петербургский листок», где вёл рубрики «Житейские курьезы» и «Хроника», и постоянным автором иллюстрированного литературного, общественной жизни и политики журнала «Луч», издававшегося под редакцией С. С. Окрейца. По разным источникам, Глушицкий написал больше ста повестей, рассказов, очерков, сценок и фельетонов, опубликованных под его авторством, псевдонимами, или без указания авторства, в разных газетах и журналах. Однако, ни его биографии, ни библиографии его работ, ни сборников его рассказов не существует. Последним из известных произведений Глушицкого стал написанный непосредственно перед кончиной роман «Болезнь выдала», посмертно включенный редакцией журнала «Луч» в подписной анонс на 1883 год[16].
К незабытым заслугам Н. И. Глушицкого в истории литературоведения относится очерк мемуарного характера, написанный по воспоминаниям его покойного старшего брата – Андрея Ивановича, посвященный юношеским и молодым годам поэта Н. А. Некрасова, о которых было мало что известно. В своем очерке Глушицкий исправил искажения в биографии поэта, опубликованные в журнале «Отечественные записки» и дополнил сведения о первых годах жизни Некрасова в столице новыми сведениями. Впоследствии изложенные им сведения о Некрасове стали хрестоматийными. Глушицкий также исправил неверные сведения о своём брате[17].
Рассказы, очерки и сценки
[править | править код]- Среди диких. Очерк. // Отечественные записки. 1871. № 7.
- Житейские курьезы. Очерк. Нужно навести справку // Петербургский листок. 1878. Сентябрь. № 184.
- Собачка и учитель. Из житейских курьезов // Петербургский листок. 1879. Май. № 99.
- Аристарх Кузьмич Золотухин. Из житейских курьезов // Петербургский листок. 1879. 27 июня, № 123. С. 1-2; 28 июня, № 124. С. 1-2.
- Два кума. Из житейских курьезов // Петербургский листок. 1879. Июль. № 137.
- Неудачный дебют. Из житейских курьезов // Петербургский листок. 1879. Июль. № 147.
- Хроника // Петербургский листок. 1879. Август. № 150; там же - Оригинальный домовладелец.
- Счастливые супруги. Из житейских курьезов // Петербургский листок. 1879. Август. № 154.
- Рождественская ёлка. Сцена с натуры // Петербургский листок. 1880. Декабрь. № 254.
- Житейские сцены. X. Не вводи вора в грех // Луч. 1881. Июнь. № 14. С. 5-6.
- На светлый праздник. Очерк // Луч. 1881. Август. № 28. С. 6-10; № 29. С. 5-7.
Примечания
[править | править код]- ↑ Андрей Иванович Глушицкий (1821-1876) – педагог, статский советник, могилёвский директор народных училищ. Юношеский товарищ поэта Н.А. Некрасова. Происходил из обер-офицерских детей, впоследствии выслужил личное дворянство. С 17.08.1832 учился в Ярославской губернской гимназии, вместе с Некрасовым (но в разных классах); в августе 1839, по экзаменам, принят казённым студентом физ.-мат. отд. философ. ф-та С.-Петербургского ун-та, в котором учился вместе с Некрасовым (но на разных факультетах и по разным основаниям). По окончании курса ун-та в 1843 со званием действительного студента, с 24.01.1844 и до своей отставки в августе 1869 служил по ведомству Министерства народного просвещения: преподаватель математики (сверх штата) Виленской губернской гимназии (1843-1844); преподаватель (сверх штата) реального класса той же гимназии (1845-1850); и. д. учителя математики той же гимназии (1850-1853); штатный старший преподаватель математики и физики той же гимназии (1853-1855); титулярный советник (старшинство с 24.01.1844, высочайший приказ от 10.08.1848 № 154); коллежский асессор (24.01.1850); надворный советник (24.01.1853); коллежский советник (17.01.1858); старший преподаватель математики Олонецкой губернской гимназии (1856-1860); преподаватель математики и физики Вологодской губернской гимназии (1860-1862); действ. член Вологодского губернского статистического комитета (1862-1876); статский советник (30.08.1862); директор народных училищ Могилёва и Могилёвской губернской гимназии (30.08.1862-4.03.1867); и. д. директора (30.08.1862-4.03.1867), затем директор (4.03.1867-16.08.1869) народных училищ Могилёвской губ.; приказом от 16.08.1869 № 18, управляющего Министерством народного просвещения, по прошению, уволен от службы, с дозволением носить в отставке мундирный полукафтан, последней должности присвоенный. Кавалер орд. Св. Станислава 2-й ст. (19.11.1865), орд. Св. Анны 3-й ст., имел тёмно-бронзовую медаль «В память войны 1853-1856» и тёмно-бронзовую медаль «За усмирение Польского мятежа 1863-1864»
- ↑ Иван Иванович Аверкиев (1840-1893) – генерал-майор артиллерии, из дворян С.-Петербургской губернии.
- ↑ Фёдор Иванович (Иоакимович) Дозе (1831-1879) – надворный советник, педагог, этнограф, редактор газеты «Костромские губернские ведомости»
- ↑ Дмитрий Павлович Евреинов (1842-1892) – статский советник, и. д. орловского губернатора.
- ↑ Антонина Петровна Блюммер, в замужестве Кравцова (1836 – после 1914) – старшая сестра журналиста и революционного деятеля Леонида Петровича Блюммера, супруга врача. Вольнослушательница С.-Петербургского ун-та, преподавательница столичных женских воскресных школ, активная участница радикальных молодежных кружков в 1861-1862.
- ↑ Варвара Владимировна Александровская, урождённая Чирикова, по второму мужу – Богемская (ок. 1833 - после 1871) – акушерка, жена чиновника Кронштадтской таможни. В мае 1862 арестована за распространение прокламаций и революционную пропаганду в воскресной школе; после 3-х месячного ареста выслана в Тульскую губернию под строгий надзор полиции. После покушения Каракозова на Александра II подала прошение о раскаянии и в 1867 получила разрешение жить в столице под поручительство мужа и гласный надзор полиции. Через два года примкнула к нечаевцам и в ноябре-декабре 1869, вместе с Нечаевым, бежала за границу; 11.01.1870 при возвращении из Швейцарии была задержана на границе с прокламациями, арестована и предана суду; 22.08.1871 приговорена к лишению всех прав состояния и выслана в Сибирь - в Ачинский округ Енисейской губ., где вступила во второй брак с ссыльным Богемским.
- ↑ ГАРФ. Ф. 95. Оп. 1. Д. 19. Л. 1 – 97.
- ↑ ГАРФ. Ф. 109. Оп. 37. Д. 230 ч. 4 л. Л. 1 - 173.
- ↑ Языков Д. Д. Обзор жизни и трудов покойных русских писателей. Т. 2. Русские писатели, умершие в 1882 году. – СПб.: Тип. А. С. Суворина, 1885.
- ↑ Приложения к журналам комитета Литературного фонда. 1872. Журнал № 15, 8 мая, л. 427.
- ↑ По-видимому, речь шла о клубе, находившемся по Гороховой улице, у Семёновского моста, который славился своими музыкальными вечерами и «танцовальными» залами, «превращавшихся» в зимние сады, и именовавшегося клубом «Марцинковича»
- ↑ Александр С. День за день // Петербургский листок. 1883. 29 янв., № 23. С. 1.
- ↑ 1 2 Некрасовский сборник. Т. V. – Л.: Наука, 1973. С. 303-304.
- ↑ Тютчев Николай Николаевич (1815—1878) — начальник I отделения и член совета Департамента уделов, постоянный член литературных кружков, казначей Литфонда.
- ↑ Заседание Санкт-Петербургского мирового съезда 6 марта 1870 г. по иску Глушицкого с редактора «Петербургской газеты» И. Арсеньева // Голос. 1870. № 68.
- ↑ Подписка на журнал «Луч» на 1883 // Петербургский листок. 1883. 11 янв., № 7. С. 4.
- ↑ Письма в редакцию. По поводу биографии Н. А. Некрасова, помещенной в «Отечественных записках» // Петербургский листок. 1878. 1 июня, № 107. С. 2 – 3.
Литература
[править | править код]- Российская библиография (Вестник русской печати). – СПб. 1879 – 1881.
- Двадцатипятилетие газеты «Петербургский листок»: 1864-1889 // Петербургский листок. 1889. 15 марта, № 72. С. 3 – 5.
- Деятели революционного движения в России: Биобиблиографический словарь: Т. 1: От предшественников декабристов до конца «Народной воли»: Ч. 2: Шестидесятые годы / Сост. А. А. Шилов, М. Г. Карнаухова. – М.: Всесоюз. о-во полит. каторжан и ссыльно-поселенцев, 1928. С. 84.
- Бюллетени Рукописного отдела Пушкинского дома. Т. IX. – М.-Л.: АН СССР, 1961. С. 75, 117, 136, 173.
- Алексеев И. А. М. Е. Салтыков как деятель Литературного фонда // Русская литература. 1976. № 1. С. 161 – 171.
- Салтыков-Щедрин М. Е. Собрание сочинения в 20 т. Т. 18. Кн. 1. Письма 1839-1868. – М.: Художественная литература, 1975. С. 12; то же, 1976. - Т. 18. Кн. 2. Письма 1868-1876. С. 70, 91, 106.
- Летопись жизни и творчества Н. А. Некрасова, 1821-1877: Т. 3: 1867-1877 / Российская акад. наук, Ин-т русской лит. (Пушкинский дом); сост. А. М. Березкин и др. – СПб.: Наука, 2009. C. 207, 209, 220, 225, 236, 317, 318, 631. - ISBN 5-02-027054-7.